Антимаг - Страница 1


К оглавлению

1

Доступ к книге ограничен фрагменом по требованию правообладателя.

Посвящается Спасотряду. В память о мухаморовке, летающем лососе и самоходном шкафе.

Глава 1

Я пропал. На этот раз точно попался. Моя удача, конечно, довольно заботливая леди, однако, похоже, сегодня она решила немного передохнуть. Не зря предчувствие с самого начала противилось тому, чтобы я сюда лез! Впервые в жизни его не послушался, погнался за большими деньгами, и что? Вот он, славный конец моей не менее славной биографии. Точнее, профессиональной деятельности. И кому я чего хотел доказать, согласившись обчистить этот чертов музей?

В попытке отыскать путь к спасению я снова огляделся по сторонам. Обычный зал хранилища с египетскими побрякушками. Неподалеку, скрытая толстой решеткой, надменно взирает та самая золотая фараонова маска, ради которой я здесь и оказался. Вроде бы все учел, абсолютно все! Кроме одного паршивого маленького датчика движения прямо над маской. Ну не предоставил заказчик о нем информации на схеме, а я упустил. Вот и результат: сигнализация звенит, выходы перекрыты, ни одного, даже самого маленького, окошка, чтобы попытаться выбраться, нет. И я свечусь в центре хранилища, как круглый дурак. Хотя почему «как»? Дурак я и есть, самый настоящий.

Все еще мысленно ругая самого себя, я обратил взор на старый расписной саркофаг. Залезть, что ли? Типа, мумией прикинуться… Хотя наверняка найдут. Но не стоять же столбом?

Нет, ну какое дилетантство, попасться на такой мелочи! Одно радует: родителям краснеть не придется, ибо у меня их попросту нет — с рождения воспитывался в детдоме. Мерзкое было местечко, надо сказать. От побоев там меня спасали лишь умение очаровывать воспитателей да врожденная ловкость. Правда, после выхода на «волю» этой ловкости нашлось другое применение — воровство. Не от хорошей жизни, нет. И, честно говоря, в первый раз на попытку скарманничать я решался долго, почти неделю. Зато потом… ну слишком хорошо у меня это стало получаться, так что сдержаться было все труднее, и вылазки в метро в час пик становились все чаще.

А где-то через пару месяцев меня заметили. Не поймали, нет. Просто в один «прекрасный» вечер на пороге своей однушки я обнаружил пару дюжих молодцев и представительного седовласого мужчину, который назвался Сергеем Сергеевичем. Сергей Сергеевич этот вежливо и спокойно объяснил, что таким талантливым молодым специалистам, как я, «в дикую» работать негоже. И мелко, мол, и коллеги страдают. Потом про общак рассказал, о правилах воровских и о перспективах моих как ценного кадра. Ну и по-прежнему вежливо, но настойчиво предложил «влиться в семью». Отказываться я, понятное дело, не стал. Да и не позволили бы мне.

Сергей Сергеевич не ошибся: к воровству у меня и впрямь был талант. Уже к концу первого года моим пальцам поддавались практически любые замки, а ловкость позволяла проникать во многие, считавшиеся недоступными места. Заказы, на выполнение которых я самоуверенно соглашался, с каждым разом становились все сложнее и сложнее… что ж, не думал, что в результате придется забираться в саркофаг!

Но времени на размышления не оставалось, так что, быстро подскочив к посмертной обители фараона, я спешно отодвинул крышку.

Вопреки надеждам о пустоте древней усыпальницы внутри лежала мумия. Причем хорошо так расположилась, зараза, практически весь саркофаг заняла.

— А я-то думал, вы усыхать должны, — пробормотал я. — Хорошо, я не брезгливый. Так что извини, приятель, придется тебе подвинуться.

И, подхватив мумию за сухие бинты, начал переворачивать ее на бок.

— Эй, парень! — позвала внезапно… мумия?!

Кажется, на моей голове зашевелились волосы. Нет, вообще-то нервы у меня крепкие, но… Почудилось, что ли?

Я глубоко вдохнул и медленно убрал руки от мумии. Та с глухим звуком упала обратно.

— Ос-сторожней, придурок, — раздалось шипение. — Я тебе што, бревно?

Да мать его! Я резко тряхнул головой и мрачно сообщил в пустоту:

— У меня не бывает галлюцинаций. Я даже не ширялся ни разу.

— Поздравляю, — откликнулся голос из саркофага. — Только мне-то какое дело?

Оно настоящее!

— Ты кто? — сипло уточнил я.

— Мумия, не сообразил еще, что ли? — раздраженно сообщила мумия и добавила: — Вот ведь повезло наткнуться на тугодума.

— А-а, — протянул я и замолк.

Впервые в жизни слов, чтобы выразить свое состояние, не хватало. Даже матерных.

— Слушай, парень, времени у тебя мало, ты не находишь? — напомнила мумия. — Сейчас ведь заметут! А если освободишь меня, я могу помочь.

— Да я бы с удовольствием, — по-прежнему находясь в шоке, пробормотал я. — Но только как? И вообще, с чего вы решили, что у меня получится?

— Получится, получится. Еще как получится, — нетерпеливо заверила мумия. — Ты же смог со мной говорить? Смог. Значит, способности есть. Я таких за версту чую.

— Какие еще способности?

— Магию обходить. Ну и нейтрализовывать заодно — у таких, как ты, это взаимосвязано. Давай, пока не поздно! Мне неохота еще пару сотен лет тут сидеть в бинтах и ждать. Вашего брата тут хрен дождешься… — Мумия осеклась и потребовала: — Короче, дотронься до бинтов. Бинты — это материализованная магия, которая удерживает меня. И пожелай, чтобы все исчезло.

— Угу. Почему бы и не повеселиться напоследок? — окончательно смирился с собственным сумасшествием я и, дотронувшись до обмотанного тряпками тела, самым решительным голосом потребовал: — Хочу, чтоб с этой мумии слезла вся магия!

Ничего не произошло. Я почувствовал себя полным придурком. Впрочем, это даже хорошо: сумасшедших в тюрьму, говорят, не сажают.

1